Мастер Зеркал

Он пишет тёмной кровью по реке,
он так любим, он, боже, так далёк,
опавший лист прилип к его щеке,
как мотылёк.

В горячечных хрипящих голосах,
несущих нас отсюда в никуда,
живём, живём на разных полюсах,
телами прожигая корку льда,

дыханьем наполняя пустоту
покинутых небес, в такой дали,
где даже дождь способен на лету
состариться и не достичь земли.

Он — дождь. Он — лёд. И прошлое придёт
неудержимой жаждущей волной,
и ты взойдёшь к нему сквозь шар земной,
и вытрешь пот.

Седьмая ночь ещё копытами не вызрела,
ещё — оркестрик на пологом берегу.
Ресницы — вниз! И миг от выдоха до выстрела,
и птицы в небе, точно ноты на снегу.

Сверкнёт над городом, взорвётся электричество,
слетятся звёзды на осеннее пальто.
Как вам живётся, ваше грустное величество,
под ярким зонтиком ночного шапито?

Долги уплачены, моя, дела улажены,
коробка сладостей пуста уже на треть.
Глаза накрашены и губы напомажены,
да только некому на это посмотреть.

Давай подправим этот миг, пройдемся ластиком
по тёмным строкам от пылающих корней,
а если крылья подарить китайским ласточкам,
то станет всё ещё чудесней и страшней.

Последний такт — платок взлетел, картинка выцвела.
Толпа качнулась, кто-то выкрикнул: держись!
И этой вечности от выдоха до выстрела
осталось целое мгновение на жизнь.