Андрей Ширяев


			РАЗГОВОР С ДЬЯВОЛОМ О ФРУКТАХ



					"Затем воину племени предстоит
					выполнить наиболее сложную часть
					ритуала. Он должен уговорить врага
					прийти к нему на ужин."
						Дж. Фрейзер-младший, "Каннибализм в
						примитивных культурах".


	Джинсы были потертыми. Фирменный лейбл застирался до такой степени, что,
даже приглядевшись специально, все равно невозможно было разобрать исходный
текст, одна из заклепок на левом заднем кармане разболталась, другая и вовсе
отлетела. Нижние края штанин обтрепались до бахромы.
	Зато они были привычными и хорошо сидели.
	Збышек любил старые вещи.
	Старая вещь уже не просто мертвая тряпка-железка, старая вещь - твоя старая
вещь - со временем становится частью тебя, врастает в твое существование насмерть,
и тогда тебе становится хорошо уже только от одного ощущения, что это - старая
вещь.
	Слегка сумбурно, подумал Збышек, натягивая джинсы, но, в общем,
соответствует.
	Подобрав с пола пару разорванных оберток от брикетов готовой пищи, он
автоматически сунул их в мусороприемник, захлопнул над благоухающим
отверстием крышку и огляделся.
	Точно в первый раз.
	Комната была мертва.
	Нет, все предметы валялись на своих местах, через оконный светофильтр
пробивались тусклые лучи зимнего солнца, с висящего на стене постера агрессивно
скалился лысый и зубастый Джои Кранц, сжимающий в волосатом кулаке
знаменитый на всю Империю военно-музыкальный инструмент собственной
выделки, чуть ниже постера - дешевые ножны, из которых торчит рукоять прямого
обоюдоострого меча, настоящего, конечно...
	Эта часть жизни никуда не делась.
	Но что ему до этой части жизни, если тут же, рядом, невообразимо далеко,
отблескивает неподвижно экран вмонтированного в стол монитора, чернеет
бесполезная коробочка транслятора и беспомощно валяются вакуумные присоски.
И еще - серый прямоугольник, вложенный Збышеку в руку легендарным
хакером Эйно Нурминеном.
	Киш мир ин тухес унд зай гезунд .
	Зай гезунд.
	Банзай гезунд.
	Банзай!
	Збышек взвился в воздух, в два прыжка подскочил к стене с ухмыляющимся
Джои, выхватил из ножен меч, перекатился по полу в центр комнаты, вскочил и
крутанул тяжелую сталь над головой.
	Металл запел.
	Стул развалился напополам. Из него высыпались какие-то глупые пружинки,
поскакали во все стороны, жалобно бренча.
	Затем наступила очередь бутылки из-под джина. Горлышко брякнуло и
отвалилось, засверкав искорками стеклянной пыли.
	Затем клинок описал в воздухе замысловатую петлю и обрушился на коробку
транслятора.
	И не сумел.
	Остановился в нескольких миллиметрах от хрупкой пластиковой поверхности.
	Тяжело хватая воздух, Збышек приходил в себя. Он непонимающе посмотрел
на свою руку, сжимающую горячую рукоять оружия, на полосу стали, повисшую в
насмешливом воздухе, на компьютер, на свое отражение в мониторе, на себя вне
компьютера, кивнул зачем-то... И опустошенно забросил меч обратно в ножны.
	Неделя.
	Семь проклятых дней.
	Уже семь проклятых дней этой проклятой жизни Збигнев Кречет не мог жить в
реальном мире, в мире информационных потоков и плотного времени. Проклятый
хакер Збигнев Кречет.


	На второй день он нашел Салли.
	И все было хорошо.
	Салли притащила с собой несколько доз какой-то суперновой дряни, пару
стерильных инъекторов; дрянь поплыла по вене, окутала мозг непробиваемым
облаком покоя и жирной сытой удовлетворенности. Выл бесноватый Кранц,
сопровождая процесс разнообразного и лихого секса.
	Потом они снова двинулись дрянью и все повторилось.
	Утром - или вечером? - когда действие наркотика кончилось, на удивление не
оставив о себе мрачной памяти в виде отходняка, короче, когда они почти
одновременно проснулись рядом на пушистом ковре, Салли закинула руки за голову
и, потянувшись, позвала:
	- Збышек...
	- Ну.
	Збышеку не хотелось быть вежливым.
	- Збышек... - томно пропела Салли низким голосом, - хорошо, правда?
	Он промолчал.
	Но Салли ответ и не требовался.
	- А мне - так прямо здорово! И комнатка у тебя такая... милая! Я всегда хотела
в ней жить. Ты же меня не прогонишь, Збышек?
	На фиг ты мне сдалась, подумал Збышек.
	- Живи, - сказал он.
	Нехотя.
	В тонкости его интонаций Салли вдаваться тоже не собиралась.
	- Ой, - сказала она и придвинулась поближе, прижимаясь большой мягкой
грудью к его плечу, - здорово-то будет...
	Збышеку стало неприятно от этого прикосновения. Ничего здорового в
предложении Салли он не видел, как ни старался. Хотя - вообще не старался.
	- Я ведь понимаю, - сказала Салли, - почему ты меня раньше прогонял. Это все
из-за компьютера, правда?
	Она посмотрела выжидающе, и Збышеку пришлось ответить:
	- Относительно.
	Салли удовлетворенно кивнула:
	- Вот и я говорю. Теперь ты не будешь все время с ним возиться, а обратишь
внимание на меня. И вообще на человеческую жизнь.
	Она подождала несколько секунд и продолжила:
	- У тебя ведь есть деньги?
	- Не жалуюсь.
	- Вот. И у меня тоже есть. Немножко, правда. Мы можем их объединить и
вложить в какое-нибудь дело.
	Эта случайно возникшая идея настолько понравилась Салли, что она даже
села.
	- Смотри, как хорошо выходит! Мы можем открыть сервис-центр по ремонту
компьютеров... нет, лучше не компьютеров... а... Нет, вообще не надо сервис-центра,
лучше мы купим небольшой ресторанчик. Или - спортивный зал! Ты хочешь
спортивный зал?
	- Не хочу.
	- Почему? Ты, наверное, его хочешь, только сам еще не понимаешь.
	- Да понимаю я все...
	- Умница! - обрадовалась Салли. - Спортивный зал - это здорово! Это просто
необходимо! Ты же не только со своими компьютерами умеешь возиться, правда?
	Эти постоянные "правда?" Збышека начали доставать уже одним фактом
существования самого слова.
	- Правда, - сказал он сквозь зубы.
	- Откроем спортивный зал, организуем рекламную кампанию на весь Краков,
люди к нам валом повалят. А ты будешь их учить этому... как его?.. кен-до? И вообще
- драться. Ты так здорово дерешься! Помнишь, как ты надрал задницу тем четверым,
нет, пятерым, которые ко мне на стоянке приставали?
	- Троим, - сказал Збышек.
	- Какая разница? Двое еще в гравилете сидели, могли и вылезти. А ты -
настоящий герой!
	Салли погладила его по бедру, пробежала кончиками пальцев по ноге, выше...
Збышек стряхнул ее руку, встал и ушел в ванную комнату.
	Холодные струи ионизированной воды приятно пощипывали кожу
запрокинутого вверх лица. Вода струилась по векам, по щекам, склеивала жесткие
черные волосы, каплями рассыпалась по полу и впитывалась в гигроскопичное
покрытие.
	Збышек осторожно понюхал плечо, ощутил запах пота, оставшийся от
прикосновения Салли, скривился и поискал глазами мыло. Выдавив на ладонь
немного розоватой массы из тюбика, размазал пену по всему телу и принялся
яростно тереть кожу пальцами, ногтями снимая отмирающие слои эпидермиса.
Мочалок он не любил.
	Во всех их проявлениях.
	Грязь под пальцами превращалась в продолговатые серые катышки, катышки
прятались в белой распухшей пене, пена растворялась в голубоватой прозрачной
воде, вода со всхлипами пропадала под черной решеткой водостока.
Обсыхая под теплыми струями воздуха, Збышек чувствовал, что очень не
хочет возвращаться в комнату, где его ждала довольная жизнью Салли. Или не ждала,
а просто валялась на ковре и строила радужные планы на будущее.
	Свои радужные планы на его беспросветное будущее.

	Салли он все-таки прогнал. Практически без объяснений.
	Спортзал, пся крев!

	Загнав пинками под мусоросборник обломки стула, Збышек притащил к
компьютеру еще один, стоявший до этого момента в углу комнаты и заваленный
грязной одеждой. Проблема с одеждой была решена радикально - тряпки
последовали за обломками.
	Прочно угнездившись на стуле, Збышек включил транслятор, протянул руку к
вакуумным присоскам и осторожно взял их со стола. Уже не в первый раз.
	Где-то глубоко внутри он понимал, что очередная попытка входа в
киберпространство завершится крахом, точно так же, как завершились им все
предыдущие. Что снова он провалится в беспросветную черноту, недвижную и
безжизненную, и только механический голос из ниоткуда будет монотонно
повторять: "Збигнев Кречет. Вам запрещен доступ в сеть до... Настоятельно
рекомендуем вам покинуть пределы запрещенного пространства в течение трех
минут, считая от этой секунды. Осталось две с половиной минуты. Две минуты.
Одна...".
	Ничего он, конечно, не покинул, а принялся перебирать варианты
нейтрализации стража. Было бы проще, если бы страж был представлен каким-либо
псевдоматериальным объектом, по форме которого Збышек сумел бы вычислить его
характеристики и слабые точки. Еще проще было бы, если бы тьма оказалась не столь
беспроглядной. Но...
	Слишком малый срок.
	Механический голос заканчивал отсчет, и Збышек вдруг ощущал нехватку
воздуха. Конечно, ощущение вполне субъективное, какой может быть воздух в
киберпространстве? - но выглядело это именно так. Збышек начинал задыхаться,
разум мутнел, сопротивление не приносило ощутимых плодов, сознание отступало в
темноту.
	Затем - возвращение к жизни в мутном физическом теле, сползающем со
стула в опостылевшей комнате, ограниченной четырьмя опостылевшими стенами.
	После третьего раза Збышек подумал, что лучше бы ему однажды не
вернуться.
	После шестого - вернулся с трудом и понял, что все-таки хочет жить.
	Но попыток не прекратил.
	Присоски плотно приклеились к вискам. Збышек закрыл глаза, откинулся на
спинку стула и проговорил формулу инициализации транслятора. Теплый толчок
оповестил его, что процесс трансляции сознания запущен.
	И снова - тьма.
	Не обращая внимания на механический голос, Збышек нырнул вниз, точнее
туда, где по его предположениям находился низ.  Там был пол. Или стена. Или
перегородка. Неважно, там было нечто ощутимо твердое и практически
непроницаемое для информационных потоков.
	Но там была еще и какая-то слабина, которую Збышек нащупал, обшаривая
доступное пространство днем раньше.
	Чувство ориентации его не подвело. На слабый участок он наткнулся почти
сразу, потеряв от силы три-четыре секунды. Структура поверхности в этом месте
была другой, пористой, что ли. Зачем это так - Збышек не знал, да и времени на
раздумья почти не оставалось. Пора действовать.
Матка боска, подумал Збышек, если у меня не получится с первого раза, то
потом уже точно не получится. Я не успею восстановиться. Факт.
В сознании всплыл образ тела, лишенного этого самого сознания, сильного
здорового тела с идиотским лицом, со стекающей на грудь вязкой струйкой слюны, с
отвисшей челюстью, с бессмысленными движениями рук... Госпиталь для
умалишенных. Слишком добрые глаза медсестры и профессионально равнодушные
глаза врача.
	А идея со спортзалом, возможно, была не так уж и плоха.
	С этой мыслью Збышек начал просачиваться сквозь поры преграды,
неудержимо теряя способность думать связно. Объем разделился на множество
частиц, каждая из которых стремилась к одной цели - выйти на ту сторону. А там -
посмотрим.
	Частицы слепо шли по тончайшим каналам, сталкивались, попадали в тупики,
разворачивались и отправлялись на поиски следующего прохода. Для них не
существовало ни света, ни тьмы, не существовало боли и наслаждения, была только
Цель. И способность искать.

	Человек сидел на валуне и с интересом наблюдал, как из сгустка информации
материализуется тело.
	Тело обрело форму; не открывая глаз, откинуло голову назад и криво
улыбнулось.
	Збышек жутко боялся открыть глаза и увидеть себя сидящим на стуле в своей
комнате. Осязание еще не нормализовалось.
	- Поздравляю, - сказал человек негромко. - Таки ты это сделал. Правда, я думал,
что ты сделаешь это намного раньше. Я устал тебя ждать.
	Збышек вздрогнул. Затем, не меняя позы и не глядя на собеседника, сказал:
	- Ну да. Я должен был догадаться.
	Человек хмыкнул.
	- Я должен был догадаться, - повторил Збышек. - Эйно, зачем это тебе? Ты
решил все-таки заработать эти деньги? Ну, бери меня. Черт, я ведь даже драться
сейчас не могу.
	- И не надо, - сказал Нурминен. - Думать можешь?
	- Не знаю, - сказал Збышек. - Я уже труп.
	- Дырку я оставил специально, - сказал Нурминен.
	- Из соображений садизма? - равнодушно спросил Збышек.
	В общем-то, ответ его почти не интересовал.
	- Из желания проверить твое упорство...
	- Зачем?
	- ...и качество подготовки, - продолжил Нурминен. - У меня есть к тебе
предложение.
	- Никаких предложений от тебя я не приму.
	- Ты уверен? - спросил Нурминен.
	- Эйно, я убежден. Дырку, конечно, уже закупорили?
	Эйно пожал плечами:
	- К чему? Я думаю, мы договоримся.
	- Я так не думаю. Сдавай меня копам или убирайся.
	- Я хочу предложить тебе работу.
	- Спортзал купить? - ехидно поинтересовался Збышек.
	- Почему - спортзал? - удивился Нурминен. - Я разве хоть словом обмолвился
о спортзале?
	- Ты - нет, - сказал Збышек и открыл глаза. - И без тебя доброжелателей хватает.
	- Я всегда терпеть не мог слова "доброжелатель", сказал Нурминен, принимая
расслабленную позу. - Мне кажется, что оно обозначает человека, который желает
чьего-нибудь добра. Вора. Стервятника. Короче - из этой оперы. Хотя... мое
предложение... оно тоже не из простых.
	- О, - сказал Збышек, - ты решил кого-то ограбить? На старости-то лет?
	- Тьфу! - плюнул Нурминен. - Я же тебе уже говорил, что я не такая древняя
реликвия, как тебе кажется! Ты способен это понять?
	- Легко, - сказал Збышек. - Как два байта переслать.
	- Угу, - успокоился Эйно. - Через границу сегмента.
	- Ну... - пробормотал Збышек и вытянул губы трубочкой.
	Нурминен начал смеяться. Збышек некоторое время смотрел на него
обиженно, потом в нем с треском сломалась какая-то стенка, и он присоединился.
Смех звучал дико, но и ситуация сама по себе была не то чтобы слишком
стандартной.
	- Так вот, - неожиданно сказал Эйно. - Предложение такое...
	- Не надо, - быстро ответил Збышек. - Обойдусь.
	- Ну, смотри сам, Кречет, - как-то слишком легко согласился Нурминен. -
Обойдешься - так обойдешься. Тебя не интересует даже возвращение тебе доступа в
киберпространство?
	- Нет, - по инерции сказал Збышек.
	И осекся.
	Потом сел.
	- Повтори, - попросил он. - Повтори то, что ты только что сказал.
	- Я сказал, что, если ты согласишься на эту работу, тебе будет возвращен
доступ в киберпространство. И даже больше. У тебя будет один из самых высоких
приоритетов. Не нулевой, конечно, но близко к тому.
	- Мне и моего достаточно, - сказал Збышек. - Я согласен.
	- Может, сначала выслушаешь предложение?
	- По фигу, - отмахнулся Збышек. - Все, что угодно. Кого надо убить?
	- Ты меня за кого принимаешь? - удивился Нурминен. - Хотя, ты не слишком
далек от истины. Убивать тебе придется. Правда, еще не скоро. Только после того, как
ты научишься это делать. Эй, парень, приди в себя! Эйфория - штука скверная.
	- Не-е, погоди, - сказал Збышек с блаженной улыбкой. - Не обламывай. Ты,
конечно, большая сволочь, но кое-что мне в тебе нравится. Даже очень нравится.
Даже, наверное, слишком...
	- Ну-ну, - сказал Нурминен, - давай-давай. С момента твоего согласия ты
принят на государственную службу.
	- Ага, - сказал Збышек, - пойдет. Что я там должен делать? Хакнуть что-нибудь
надо? Я мигом.
	- Хакнуть я и сам могу.
	- Ты у нас шишка большая... Ты - большая шишка?
	- Большая...
	- Вот. Тебе руки марать не по чину. А я - с удовольствием.
	- И я - с удовольствием, - сообщил Эйно и быстро закрыл рот.
	Заметив его смущение, Збышек противно хихикнул.
	- Большой шишке нельзя признаваться в простых человеческих чувствах.
Большой шишке в глазах своих подчиненных следует оставаться большой шишкой. И
никак не меньше. Потому что меньше - это уже будет средняя шишка...
	- Все, - сказал Эйно, - заткнись. Смирно.
	Збышек звонко щелкнул каблуками неизвестно откуда взявшихся древних
сапог со шпорами и выпучил глаза. Сидя.
	- Есть, ваше благородие! Так точно, ваше благородие!
	- Завязывай, я серьезно. Я понимаю, что ты от радости слегка мозгами потек,
но пора уже и к делу.
	- Давай, - сказал Збышек и вырастил вместо сапог удобные кроссовки. - Я весь
внимание.
	- А куда ты денешься? - отомстил Нурминен. - Ладно. Говоря о
государственной службе, я имел в виду, что завтра в полдень мы с тобой отправимся
в школу патрульных. Где ты - останешься, а я поеду дальше.
	У Збышека вытянулось лицо:
	- Ты хочешь сказать, что я согласился быть копом? Слушай, Эйно, это подло.
	- А не надо было соглашаться, не выслушав предложения. Я давал тебе
возможность отказаться.
	- Ни хрена ты мне не давал! - взвился Збышек. - Сам подумай: разве я мог
отказаться от... ну...
	- А раз не мог, - Нурминен почесал кончик носа, - расхлебывай. Да сядь ты! Я
имел в виду школу имперской погранично-патрульной службы.
	- Час от часу... - сказал Збышек и сел.
	- Причем, ты попадешь в группу, которая готовит кадры для подразделения
"Аякс", входящего в структуру спецуправления по чрезвычайным ситуациям.
	- За что же это такое доверие? - подозрительно спросил многоопытный
Збышек.
	- Есть причины, - отговорился Нурминен. - Только не думай, что это ты такой
крутой. Таких как ты - пруд пруди.
	Эйно врал. Требования, предъявлявшиеся к бойцам подразделения "Аякс",
были чрезвычайно высокими и очень комплексными. Поэтому он и еще несколько
инспекторов мотались по всей Империи, всеми правдами и неправдами уговаривая,
вынуждая, заставляя намеченных психологами существ принять предложение
погранично-патрульной службы.
	- Могу тебя успокоить. Форму носить не придется. Разве что - на
официальные церемонии и во время награждения. Хотя, мне кажется, что с
награждениями у тебя будет не слишком густо. Характер не тот.
	- Интригуешь, - сказал Збышек. - Никогда не слышал, чтобы вояк не заставляли
носить одежки со всякими тупыми цацками.
	- Так слушай... Дальше. Если ты удачно пройдешь выпускные испытания, тебе
дадут напарника, вам дадут корабль, и вы будете действовать вместе - вдвоем. Не
подчиняясь никому, кроме шефа спецуправления и Хелен Джей Ларкин.
	- Кто такая Хелен Джей Ларкин?
	Нурминен даже слегка обалдел:
	- Ты что, серьезно? Ты где родился?
	- В Кракове, - объяснил Збышек. - В чистокровной польской семье. И у нас не
было в чести чинопочитание. Она что - фрейлина императрицы?
	Нурминен представил себе Хелен Джей в пышном платье, несущую за
императрицей шлейф... и очень быстро отогнал видение.
	Береженого бог бережет.
	- Адмирал Хелен Джей Ларкин - глава...
	- А! Можешь не продолжать. Вспомнил. Это та седая леди, которая заправляет
войной с теми парнями, которые лезут через дырки в космосе.
	- Ну... - замялся Эйно, - можно сказать и так.
	- Глаза у нее, я тебе скажу... - доверительно сообщил Збышек. - Не хотел бы я с
ней познакомиться. Как ножи.
	- Угу, - подтвердил Эйно. - Познакомишься. И скоро. От этого - точно не
отвертеться. Подразделение "Аякс" она курирует лично. Включая каждого сопливого
новобранца-курсанта.
	- Я не сопливый, - сказал Збышек. - Просто в киберпространстве я люблю
делать себе блестящую кожу. Кстати, что ты там говорил насчет допуска?
	- Будет тебе допуск. Уже есть.
	- А в школе?
	- И в школе. Там тебе выделят персональную машину. Или, если очень
хочется, можешь взять свою. Но предупреждаю сразу - там техника помощнее.
Лучше возьми один транслятор.
	- Сколько учиться?
	- Три года.
	- Ой, - сказал Збышек. - Я же оттуда стареньким выйду! Как ты. А уволиться
можно будет?
	- По желанию. Но только после окончания школы.
	Збышек посчитал в уме.
	- Пойдет. Лучше три года побыть там, чем через три недели загнуться здесь. А
после окончания - уволюсь.
	- Твое право, - кивнул Нурминен.
	Он знал, что ничем не рискует. Не было еще ни одного случая, чтобы люди,
прошедшие патрульную школу, покидали пограничную службу по собственному
желанию. Знал на собственном опыте.
	И дело было не в том, что человека ломали. Он просто начинал по-другому
думать.
	- Значит, так, - подвел итог Нурминен. - Завтра в полдень я за тобой заеду, ты к
этому времени должен быть уже готов. Возьми все, что может понадобиться. Меч
возьми.
	- Ты и про меч знаешь? Зачем он нужен?
- Я про все знаю. Возьми. А то я не вижу, что ты уже соображаешь, как бы его
контрабандой протащить...
	Збышек ухмыльнулся и сунул Эйно руку:
	- Лады. Ты, кажется, не такой уж паскудный тип.
	- Спасибо.
	Эйно взял протянутую кисть, с удовольствием ощутил силу пожатия,
развернулся и пошел прочь, немного горбя плечи. Его фигура оплывала в
бесконечном пространстве, теряла форму, растворялась, пока совсем не исчезла в
темноте созданного им виртуального мира.
	Глядя ему вслед, Збышек чувствовал, как вместе с Нурминеном тают
окружающие предметы, становится призрачной твердая поверхность земли,
растекаются камни, испаряются стены. Валун, на котором сидел Эйно, пропал
последним.
	А еще Збышек чувствовал, что ему невыносимо хочется узнать, действительно
ли компания "Накамичи" объявляла награду за его поимку.




			*           *          *